Работа ГАИ в годы войны: спасители людей и машин, жертвы немцев и своих

Государственная автомобильная инспекция, то есть ГАИ, была создана незадолго до самого кровавого периода в нашей истории – в 1936 году. До войны ее задачи были, по современным меркам, привычными. борьба с авариями и хищническим использованием автотранспорта; разработка технических норм и измерителей его эксплуатации; наблюдение за подготовкой и воспитанием шоферских кадров; количественный и качественный учет автопарка. Короче, все как сейчас: техосмотр, регистрация, водительские удостоверения и оперативно-розыскная работа. Но вот того отдела, что сейчас называется собственно ДПС, не было. Служба ОРУД (отдел регулирования уличного движения) в предвоенные и военные годы ГАИ напрямую не подчинялась и была отдельной структурой. Объединили их много позже – только лишь в 1961 году.Военный техосмотр С началом боевых действий Великой Отечественной центральный аппарат ГАИ эвакуировали из Москвы в Чкалов (ныне — Оренбург). Стало не до шоферских квалификаций и штрафов — с первых дней войны страна превратилась в единый военный лагерь. Автомашины массово мобилизовали в армию, как людей, собирая их по автохозяйствам. Занимались этим немногочисленные сотрудники Госавтоинспекции. Более того, сотрудники ГАИ получили право задерживать автотранспорт прямо посреди дорог, а самих водителей отправлять на спецкомиссии, где решался вопрос об их мобилизации в качестве шоферов. После проверки технического состояния машин их собирали у вокзалов для отправки на фронт. В Ленинграде, например, к третьему дню войны для передовых частей Красной армии мобилизовали 60% грузовых автомобилей и большую часть легковых. Рязанская область к концу лета направила в действующую армию 68% имеющегося автотранспорта. Всего по стране к октябрю 1941 года в армию передали около 190 тысяч машин — примерно 40% всесоюзного автомобильного парка в доверенное время. Это были наиболее надежные и подходящие для фронтовых нужд авто. Нетрудно догадаться, что оставшийся в тылу автопарк состоял из местами весьма потрепанных экземпляров, требовавших постоянного ремонта и технического контроля. Этим занимались все те же инспекторы ГАИ — в среднем, всего по 60 человек на область или край. Примерно четверть штата «гаишников» призвали в армию. На фронте пригодились навыки сотрудников РУД – дорожники строили военные аэродромы, дороги, мосты и прочие сооружения. Ну а большинство просто пошло в боевые части. Их места в подразделениях ГАИ часто занимали женщины — выпускницы автодорожных институтов: Московского, Омского, Саратовского и других. Так, начальником ГАИ Омской области стала экс-председатель квалификационной комиссии Зинаида Лисовская. В Свердловске областную ГАИ возглавляла Лидия Стефанская, окончившая автодорожный техникум. В Томске — Антонина Приколотила. С обязанностями начальника ГАИ Советского и Фрунзенского районов Москвы много лет хорошо справлялась Елена Сагирашвили. Квалификационной комиссией в Саратовской области руководила Евгения Бреева, а ее членами работали Екатерина Трубецкая, Валентина Клюквина и Эсфирь Бирбраева.Стоит отметить, что в военное время работа ГАИ по подготовке шоферов также претерпела некоторые изменения. В соответствии с постановлением Государственного комитета обороны от 9 мая 1942 года на Народный комиссариат автотранспорта была возложена подготовка большого количества водителей для РККА. Таким образом, Госавтоинспекции следовало подготовить в сотни раз больше шоферов, чем в довоенное время. В общем, работать приходилось усерднее и быстрее.В начале 1942 года основная работа по мобилизации транспорта для нужд вооруженных сил в целом была завершена. В это же время в тыл массово стали поступать поврежденные и разукомплектованные машины. В ГАИ, в том числе, создавали спецкомиссии при районных исполкомах по ремонту автомобилей. Там побитую технику латали и отправляли обратно воевать. Спецкомиссии самим ремонтом не занимались – координировали работу сети авторемонтных мастерских. Например, на Кировскую область приходилось 20 «автосервисов», работавших для фронта. А контролировать приходилось всерьез: работников и руководителей автохозяйств регулярно наказывали за нарушения в ремонте – в частности, только к уголовной ответственности привлекли за всю войну 505 человек. Кроме того, в 1942 году на ГАИ «повесили» работу по экономии топлива. Так, госавтоинспекторы контролировали перевод части автопарка на газогенераторы – по сути, «дровяные» топливные системы. Ну и с банальными хищениями, то есть сливом масла и топлива, тоже приходилось бороться. В 1943 году стало понятно, что для наступления техники не хватает, поэтому к ремонтникам предъявляли все более и более суровые требования. Фронту нужно было больше техники, ресурсов мало, а значит, ремонтировать нужно было все, что хоть как-то было пригодно к этому. В частности, если до 43 года поврежденные шестерни КПП и других узлов трансмиссии считались неремонтопригодными, то затем их стали восстанавливать. Кстати, техосмотр в те годы был очень суровый – по нынешним меркам, драконовский. Талон нужно было получать раз в полгода. А ведь был еще трофейный транспорт! Только в битве за Сталинград части Вермахта и СС потеряли свыше 61 000 машин и мотоциклов – часть из них отремонтировали и поставили на учет в СССР. Что нельзя было отремонтировать — разбирали и отправляли на запчасти. Что было пригодно к использованию – распределяли по автохозяйствам и прочим ведомствам.